Новый Интернационал

Новый Интернационал

Попытки объединить все альтернативные коммунистические силы Троцкий начал предпринимать сразу же после своего выдворения из СССР. Получалось это не слишком.

Среди «неортодоксальных» коммунистов кого только не было. В основном, это были мелкие интеллигентские группировки, в каждой из которых был свой амбициозный лидер. Каждый считал себя самым правильным и идти под Троцкого не хотел. Тем более Лев Давидович, даром что кричал о «демократии», жаждал именно руководить.

«Сразу же после высылки из СССР Троцкий попытался установить контакт с группами оппозиционеров, исключенных из компартий капиталистических стран. Самые большие надежды он связывал с группой Суварина во Франции и группой Маслова – Рут Фишер в Германии. Однако „роман“ не получился. Б. Суварину троцкистская критика СССР показалась „слишком дозированной“ и „непоследовательной“, сам он заявлял, что СССР уже стал капиталистическим государством. Германским „левым“ также показалось, что Троцкий „идет недостаточно далеко“. А судьба этих „левых“ союзников Троцкого – Суварин закончил жизнь журналистом в правой антикоммунистической газете „Фигаро“, а Рут Фишер, живя в США, доносила в Комитет по антиамериканской деятельности (организация по борьбе с коммунизмом) на собственного брата – немецкого коммуниста Герхардта Эйслера».

(Владимир Шапинов, журналист)

Хотя первоначально Троцкий ставил целью работу внутри Коминтерна.

«Сталинцы хотели бы своей травлей толкнуть нас на путь второй партии и IV Интернационала. Они понимают, что такого рода роковой ошибкой оппозиция, если не свела бы на нет свои успехи, то на годы замедлила бы свой подъем. Противопоставить себя враждебно коммунистическим партиям значило бы в данных условиях выполнить программу центристской бюрократии. Нет, это не наш путь! Интриги Сталина, его Бюхнеров, его Агабековых, раскрытых и нераскрытых, не заставят нас изменить наш курс. Мы стоим на почве четырех конгрессов Коминтерна, доктрины и традиций большевизма. Уроки Октябрьской революции мы, и только мы, применяем ко всем задачам мирового пролетариата. Над нашими головами развевается знамя III Интернационала. Мы претендуем полностью на его историческое наследство».

(Л. Д. Троцкий)

Для начала сторонники Троцкого в 1930 году создали в Коминтерне «Международную левую оппозицию». Но их оттуда быстро выперли.

Так что, несмотря на недавние пафосные заявления, пришлось-таки создавать новый Интернационал. Всю формальную сторону организационного процесса приводить нет смысла – всякие там посиделки и резолюции и названия разных структур…

В 1933 году Троцкий переехал во Францию, где и развил бурную деятельность по подготовке создания IV Интернационала. Он не зря прибыл именно туда. Во Франции имелись очень сильные левые традиции. Недаром первая в мире социалистическая революция – Парижская коммуна случилась именно там. При этом левые настроения были сильны и в культурной среде. Это стоит отметить. С одной стороны, писатели и журналисты популяризировали революционные взгляды. С другой – для богемы левый радикализм и тогда и сейчас чаще всего является позой, игрой, стремлением «шокировать обывателя», продемонстрировать свою оригинальность. Понятно, что троцкистские идеи мировой революции этим ребятам очень нравились.

В виде иллюстрации можно привести такое художественное направление, как сюрреализм. Оно возникло во Франции и с самого начала было тесно связано с коммунистами. Так, первая крупная выставка сюрреалистов прошла в… штаб-квартире ФКП. С ростом троцкизма два лидера сюрреалистов Луи Арагон и Анри Бретон разошлись по разные стороны баррикад. Первый остался в ФКП и стал основателем французского социалистического реализма. Второй примкнул к Троцкому и впоследствии даже написал вместе с ним «Манифест революционного искусства». Характерно, в искусстве он известен только двумя манифестами – упомянутым и «Манифестом сюрреализма». Больше он ничего заметного не сделал. Как увидим дальше – тенденция.

Антисталинские коммунисты стали потихоньку-помаленьку собираться вокруг Троцкого. Все-таки он был Фигурой. Он мог козырять тем, что, дескать, я-то устроил революцию, которая даже победила. А что дальше все пошло не так – я не виноват.

«Первая международная конференция за Четвертый интернационал» прошла в Париже в июне 1936 года. Однако Троцкого на ней не было. Дело в том, что в 1935 году между СССР и Францией был заключен договор о взаимной помощи. Так что Троцкий стал опасаться, что советское правительство потребует его высылки. А ведь французы могли его выслать в свои колонии, среди которых далеко не все отличались хорошим климатом. Почему-то Троцкий решил, что его сошлют на Мадагаскар. Ему туда не хотелось. Хотя вроде бы – вот и боролся бы на месте с колониализмом. Но… Не тянуло.

В 1935 году Троцкий попросил политического убежища в Норвегии. Его дали. Но и тут не сложилось. Дело в том, что убежище ему предоставили на том условии, что он не станет заниматься политической деятельностью. Лев Давидович такое согласие дал и на него наплевал.

«Троцкий прибыл в Норвегию не только с членами семьи, но и со своими секретарями, среди которых был и Фред Зеллер. Юный масон посетил СССР осенью 1935 года. Вернувшись из этой поездки в Норвегию, Зеллер затем направился в Париж, где представил секретариату IV Интернационала свое письменное предложение об организации убийства Сталина. Это предложение было рассмотрено на заседании секретариата и отвергнуто как „провокационное“. Впрочем, мнение этой малочисленной и маловлиятельной организации, игравшей чисто символическую роль, мало что значило. Поскольку Зеллер прибыл с этим предложением в Париж из Норвегии после встречи с Троцким, то скорее всего оно уже получило одобрение его шефа. Вероятно, вынося это предложение на обсуждение секретариата IV Интернационала, Троцкий хотел получить одобрение своих единомышленников из других стран. В то же время отказ в таком одобрении вряд ли бы остановил Троцкого».

(Юрий Емельянов)

Тем временем в СССР прошел уже упоминавшийся процесс над членами «троцкистко-зиновьевского блока». На этом основании советское правительство потребовало удаления Троцкого из Норвегии. Норвежцам он был не слишком нужен, особенно с учетом того, что он нарушил запрет на политическую деятельность. В декабре норвежское правительство приняло решение избавиться от беспокойного товарища. В Старом Свете ему снова места не оставалось. Троцкого согласилась принять Мексика. Куда он и отбыл 19 декабря 1936 года.

Однако о Мексике разговор пойдет дальше.

Организационно IV Интернационал был оформлен в сентябре 1938 года в Париже. Присутствовало 30 делегатов. Была принята «переходная программа», которую под заголовком «Агония капитализма и задачи Четвертого интернационала» напечатали в «Бюллетене оппозиции». Документ забавный.

Разумеется, троцкисты считают только себя единственной подлинно революционной силой. Как же иначе? И держат курс на мировую революцию. Что же касается методов достижения целей, то они, в основном, позаимствованы из практики РСДРП – в том числе и те, которые доказали свою полную несостоятельность. Но, в общем и целом – бодренький такой революционный манифест. Разбирать его подробно неинтересно – за ХХ век таких текстов написаны сотни, если не тысячи. Но для особо дотошных – в Приложении он приведен полностью.

Представляют интерес только пассажи, направленные против сталинского режима: «Каким бы разнообразием ни отличились методы социал-предателей – от „социального“ законодательства Леона Блюма до судебных подлогов Сталина – им не удастся сломить революционную волю пролетариата. Чем дальше, тем больше их отчаянные усилия задержать колесо истории будут показывать массам, что кризис пролетарского руководства, ставший кризисом человеческой культуры, может быть разрешен только Четвертым Интернационалом…

Мелкобуржуазные демократы Запада, вчера еще принимавшие московские процессы за чистую монету, сегодня настойчиво повторяют, что „в СССР нет ни троцкизма, ни троцкистов“. Они не объясняют, однако, почему вся чистка проходит под знаком борьбы именно с этой опасностью. Если брать „троцкизм“, как законченную программу, тем более как организацию, то „троцкизм“ в СССР несомненно крайне слаб. Несокрушимая сила его состоит, однако, в том, что он выражает не только революционную традицию, но и сегодняшнюю оппозицию самого рабочего класса. Социальная ненависть рабочих к бюрократии – это и есть в глазах кремлевской клики „троцкизм“. Она смертельна и вполне основательно боится смычки между глухим возмущением рабочих и организацией Четвертого Интернационала…

…главной политической задачей в СССР остается, все же, низвержение самой термидорианской бюрократии. Каждый лишний день ее господства расшатывает социалистические элементы хозяйства и увеличивает шансы капиталистической реставрации. В том же направлении действует и Коминтерн, агент и сообщник сталинской клики по удушению испанской революции и деморализации международного пролетариата.

Новый подъем революции в СССР начнется, несомненно, под знаменем борьбы против социального неравенства и политического гнета. Долой привилегии бюрократии! Долой стахановщину, долой советскую аристократию, с ее чинами и орденами! Больше равенства в оплате всех видов труда!»

Символом новой организации стал серп и молот со встроенной внутри четверкой. А вот судьба этой структуры бесславна и напоминает несмешной анекдот…