БУЭНОС-АЙРЕС – СТОЛИЦА СЕРЕБРЯНОЙ СТРАНЫ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

БУЭНОС-АЙРЕС – СТОЛИЦА СЕРЕБРЯНОЙ СТРАНЫ

Столица Аргентины, огромный современный город с многоэтажными зданиями и небоскребами, который все же сохранил черты застройки колониального периода: улицы имеют прямолинейную конфигурацию расположения, а главная площадь выходит в сторону моря. Этот самый элегантный и деловой мегаполис Южной Америки богат зеленью, парками, бульварами и… болен шумом. А рядом с фешенебельными районами центра и пригорода соседствуют многочисленные бедные кварталы и трущобы. Город отличается большим количеством разнообразных памятников и монументов. Здесь мирно сосуществуют люди разных национальностей и различных религиозных взглядов: большинство местного населения составляют эмигранты. Аргентинцы говорят в шутку, что если предками перуанцев были инки, а мексиканцев– ацтеки, то жители Буэнос-Айреса произошли от кораблей.

Тени затопили плотной волной нахлынувшей тьмы улицы уставшего города внезапно, почти без перехода к сумеркам. Они захлестнули широкие проспекты и улицы, прибоем беззвучно затопили дворы, лениво затекли в небольшие тупички между зданиями. И, как бы в ответ, город погнал навстречу мраку другую волну – света. Одни за другими вспыхивали окна, фонари, витрины магазинов, рекламные щиты и вывески ресторанов, отелей, театров, казино. И над всей этой картиной из ближайшего окна поплыл странновато-терпкий, почти неуловимый запах и потянулся вверх, к роскошному звездному небу. А вслед за ним рванулся звук бандеона[4], заполоняя подсознание, пробуждая к жизни спокойно дремавшие, доселе совершенно неведомые силы и страсти. Будто какой-то невидимый гений стремился захватить людские души и подчинить себе помимо их воли, извлекая звуки из самых отдаленных уголков мироздания. Казалось, что это в тоске рыдают сами звезды. Божественная мелодия аргентинского танго парила, кружила над улицами, осеняя все вокруг, а ей вторил легкий горьковатый аромат матэ – нас приветствовал Буэнос-Айрес.

Столица Аргентины является одной из крупнейших в мире городских агломераций. Она занимает площадь около 4 000 кв. км, а число ее жителей (с пригородами) составляет более 12,6 млн человек – 40 % всего населения страны. Но для приезжих этот основной индустриальный, научный, культурный и туристический центр Аргентины уже многие годы ассоциируется с танго, футболом и напитком со странным названием матэ. Не забывая об этих символах Буэнос-Айреса, попытаемся поближе познакомиться с удивительным городом на Серебряной реке.

Он расположился на правом берегу в дельте Ла-Плата, в 275 км от Атлантического океана. Первым европейцем, добравшимся сюда в 1516 г., был Хуан Диас де Солис, который пытался со своим отрядом закрепиться в этих местах. Его судьба оказалась незавидной: воинственные индейцы племени керанди не брезговали людоедством, и отважный дон вошел в их меню… В 1526 г. Себастьян Кабот смог повторить путь своего предшественника и проследовал дальше на север по рекам Парагвай и Парана. Этот испанец почему-то не вызвал кулинарных мыслей у местного населения: индейцы встретили пришельцев хорошо, подарив большое количество серебряных украшений. Кабот решил, что новая земля и вправду богата этим металлом, и дал пройденному им водному пути название Рио де Ла-Плата – «Серебряная река». Несколько позднее на место современной столицы прибыл еще один отряд испанцев, которым командовал Диего Гарсия де Могер. Столкновение обеих экспедиций отнюдь не было мирным: и Каботу, и Могеру пришлось вернуться в Испанию, так и не добившись особых успехов в колонизации здешних земель. А вскоре после их ухода поселенцев, оставшихся в небольшом форте Эспириту-Санто, перебили индейцы. Но они недолго оставались единовластными хозяевами территории: сюда была направлена новая хорошо организованная испанская экспедиция под командованием авантюриста-конкистадора, аристократа Педро де Мендоса. В залив Ла-Плата она прибыла в январе 1536 г., после чего дон Педро основал на западном берегу новое поселение. Первоначально его название звучало как Сьюдад-дела-Сантиссима-Тринидад-и-Пуэрто-де-Нуэстра-Сеньора-де-Санта-Мария-де-Буэнос-Айрес, что в переводе означало «Город Пресвятой Троицы и порт Богоматери Святой Девы Марии – покровительницы попутного ветра». А саму территорию, чтоб не путать с рекой, испанец предложил именовать тоже Серебряной, но на латыни. Так появилась Аргентина. (Правда, оказалось, что вожделенный металл местные индейцы выменивали в соседней Боливии, а сами могли похвастать другими богатствами – мясом и пшеницей. Но это выяснилось только спустя 300 лет, когда жители привыкли к названию своей страны и перестали воспринимать его буквально.) А грандиозное имя нового города не знало даже большинство колонистов, предпочитая именовать его просто Байрес. Современная столица носит сокращенный вариант первоначального наименования, который означает просто «Попутный ветер».

А вот имя реки как-то не прижилось. Все почти сразу согласились с индейским вариантом – Парана. А полное название предоставили для украшения географических карт. Кстати, местные жители оказались в этом вопросе честнее испанцев – главная река Аргентины отличается столь же солидной мутностью, как и другие крупные водные артерии Южной Америки. На языке гуарани об этом так и говорится: Парана в переводе – «Большая мутная река».

Но и поселение, основанное доном Педро, было полностью разрушено: в 1537 г. был основан Асунсьон, будущая столица Парагвая – первое постоянное поселение испанцев на востоке Южной Америки. Из-за нехватки людей Буэнос-Айрес было решено покинуть, форт в июне 1541 г. был сожжен самими конкистадорами, а его жители перебрались в Асунсьон. Экспедиционный корпус Мендосы, попытавшийся подняться по реке Парана, повторил судьбу отряда де Солиса – индейские племена не желали делиться территорией с белыми пришельцами. Датой вторичного (и окончательного) основания города стал 1580 г., когда он был снова отстроен по приказу губернатора территории Ла-Платы, конкистадора Хуана де Гарая, прибывшего во главе отряда из 66 человек. Поселение наконец-то стало обретать черты нормального европейского города. Де Гарай, не мудрствуя лукаво, взял кусок телячьей кожи и нарисовал элементарный план будущего города. Конкистадор мало что смыслил в архитектуре и не был одним из предтеч модернизма, поэтому он, недолго думая, попросту расчертил все улицы под прямыми углами… В целом, эта прямоугольная сетка сохраняется до сих пор.

Не найдя на здешних землях серебра, испанцы потеряли к Байресу всякий интерес, и вскоре этот обыкновенный колониальный городок превратился в крупный центр контрабанды и работорговли, средоточие богатства, роскоши и легкой, разгульной жизни. (Ныне главную площадь перед Президентским дворцом украшает памятник купцам.)

Сегодня в Буэнос-Айресе мало что напоминает о том времени, а того, что принято называть колониальной архитектурой, почти не осталось. Так случилось, что старый город давно исчез с лица земли, будучи перестроен в конце XIX – начале XX веков.

Современная столица представляет собой самостоятельную административную единицу – федеральный округ. Кроме самого города, она включает в себя еще 19 пригородов и образует Большой Буэнос-Айрес. Здесь производится более половины всей промышленной продукции Аргентины, активно развиваются такие отрасли, как машиностроение, электротехническая, нефтеперерабатывающая, химическая, пищевая, текстильная, кожевенно-обувная, швейная. Но при этом столица почти не имеет на своей территории крупных промышленных гигантов, удел которых – усиленно загрязнять окружающую среду. Вместо них здесь действует сеть мелких и средних предприятий.

Депрессивный звук бандеона буквально вытягивал душу, вызывал безотчетную тоску. Музыка на грани слез металась, подхватывая тела тангеро, которым полагается грустить, но продолжать натиск на партнера. Изумительно красивые фигуры плавно переходили одна в другую, рассказывая о страсти, желании властвовать и отчаянии…

Ритм танго, можно сказать, отражает всю историю Аргентины и ее столицы. Буэнос-Айрес не был избалован покоем: неофициальная столица контрабандистов и работорговцев жила в напряженном ритме, а почти весь XIX век в стране бушевали гражданские войны. Только с их окончанием, в 1886 г., когда «город попутного ветра» был объявлен столицей государства, начался его небывалый экономический подъем. Внедрение новых технологий в сельском хозяйстве превратило Аргентину в одну из богатейших стран мира, позволив обойти своих старых конкурентов – Австралию и Канаду. Главной статьей дохода стала продажа мяса в Европу. Тогда на месте старого испанского города возник совершенно новый – отстроенный «мясной» буржуазией в соответствии с собственными представлениями о прекрасном. Лучшие архитекторы мира были свидетелями и участниками рождения этого мегаполиса. В то время Буэнос-Айрес украсили огромные проспекты и площади. Тогда же среди местного населения стал особо популярен матэ – напиток из мелко нарезанных листьев южноамериканского кустарника йерба. Европейцы переняли его у индейцев-гуарани, но долгое время за пределами Южной Америки о нем не имели ни малейшего представления. А в Аргентине, Парагвае или Бразилии друзьям не предлагали чай или кофе, да и сами жители этих стран больше предпочитали настой из листьев этого вечнозеленого кустарника. Напиток из йербы постепенно превратился в символ, объединяющий семью и друзей.

Матэ в наше время стал достаточно популярен в ряде стран и за пределами Аргентины. У нас его часто называют также парагвайским чаем. Он содержит тонизирующее вещество матэин, схожее по своему действию с кофеином. Кроме того, в нем содержится ряд микроэлементов и витаминов, положительно влияющих на разные системы живого организма. Готовят этот напиток особым образом, который на испанском языке носит название «севар». Человека, который занимается приготовлением матэ, называют «севадор». Для заваривания используют специальную посуду, изготовленную из тыквочек – плодов местного растения лагенарии. Именно они и носили название «матэ», позднее вошедшее в обиход как сорт чая. В такой «стакан» засыпали половину объема листьев (кстати, знатоки совершенно не признают сахара!), сбоку по краю наливали немного холодной воды, а в образовавшуюся ямку вставляли бомбилью – специальную трубочку с фильтром на конце. Только потом тыквочку до краев заполняли подогретой до 80 градусов водой. По мере потребления напитка его доливали снова до верха горячей водой. Такие чаепития в приятной компании могли растягиваться на добрую половину дня…

Сегодня Буэнос-Айрес считается одной из 10 наиболее активных столиц мира, но еще совсем недавно, несколько лет назад, газеты кричали о том, что Аргентина – богатейшая, высокоразвитая страна – терпит настоящее бедствие и погружается в хаос. Этот райский уголок земли, привлекавший иммигрантов даже из самых благополучных стран Европы, терпел банкротство. Инфляция, доходившая от 1000 до 5000 % в год, развал народного хозяйства как целостной системы, рост безработицы, безвыходность положения доводили людей до отчаяния. Столице, уже привыкшей к благополучию, пришлось быть свидетелем уличных погромов, демонстраций, разграблений супермаркетов, массового отъезда людей, утечки капиталов и «бегства» предприятий. Казалось, что из этого положения нет выхода, СМИ твердили о национальной катастрофе, однако…

Страна умудрилась выйти из кризиса, и Буэнос-Айрес по-прежнему рад встретить гостей. Сейчас он состоит из 20 районов, сильно отличающихся друг от друга; все они имеют собственный центр и живут своей особенной жизнью.

Баррио-Норте – место, где предпочитают обосновываться богатые горожане, район солидных домов, огромных парков, чистого воздуха и… вежливых полицейских.

Ла-Бока – колоритное портовое предместье у излучины реки, отнюдь не безопасное ночью. Когда-то в этом месте появился первый порт, и до сегодняшнего времени тут живут портовые рабочие, моряки, бродяги, безработные метисы. В Ла-Бока также много русскоязычных жителей – в основном эмигранты селятся здесь. Жители Буэнос-Айреса утверждают, что именно тут, в порту, начали танцевать танго. В наши дни небольшая часть района была выделена для туристов и художников. Здесь, на зажатых между бараками пустырях, начал гонять мяч Диего Марадона. Позднее будущую звезду футбола болельщики впервые увидели на местном стадионе Бомбонера, который сейчас является штаб-квартирой футбольного клуба «Бока Джуниоре». Сегодня любители этого вида спорта смогут при желании посмотреть матч между хозяевами стадиона и их вечными противниками – игроками клуба «Ривер Плейт». Вообще, в Буэнос-Айресе приезжего сразу же поразит количество футболок и прочей атрибутики, имеющей отношение к популярным клубам и национальной сборной.

Тем, кто хочет полюбоваться скоплением старых артистических салонов, давно не ремонтированных домов и антикварных магазинов, прямая дорога в Сан-Тельмо. Этот старинный район привлекает туристов огромным количеством баров, где по вечерам танцуют танго; по воскресеньям здесь открывается антикварный рынок.

Ну а любителей активного отдыха ожидают яхт-клубы, сосредоточенные в Сан-Николасе и Ретиро.

В этом самом европейском городе южноамериканского континента есть на что посмотреть. В историческом центре столицы (район Сити) сосредоточена деловая жизнь Буэнос-Айреса. На пешеходной улице Флорида всегда полно народу – суетливого, шумного, но одетого не столь кричаще, как в соседних государствах: столичные жители старательно придерживаются европейской моды. Здесь можно увидеть сидящих на тротуаре торговцев и менял, а на близлежащем газоне с удивлением обнаружить устроившихся подремать на травке ленивого клерка или секретаршу. А вот смуглое, а тем более черное лицо вам встретится очень редко, поскольку это самая «белая» страна континента, где индейцы выжили только на севере, а метисов насчитывается всего несколько сотен тысяч во всей Аргентине. В конце Флориды находится кафе Тортони № 829 – самое дорогое и старейшее артистическое кафе Буэнос-Айреса, которое любили Лорка и Борхес, Пиранделло и Кортасар, вся местная богема, известные певцы и музыканты. Еще здесь стоит заглянуть в книжный магазин Эль Атенео, а пройдя немного дальше – в Сельскохозяйственное общество Аргентины.

Неподалеку от этой улицы проходит самая широкая в мире городская магистраль. Авеню 9 Июля в большинстве своем занята бульварами, садами, парками, зоопарком и ботаническим садом, но это не мешает ей быть упомянутой в Книге рекордов Гиннесса. Эта магистраль имеет ширину 140 метров, так что переходить ее приходится в три приема, пересекая при этом 10 полос движения в обоих направлениях.

На авеню 9 Июля находится и символ города – обелиск в честь 50-летия республики, имеющий 67-метровую высоту. Он выстроен на том месте, где 9 июля 1816 г. впервые был поднят флаг независимой республики Аргентина. Угловатая стрела обелиска мало гармонирует с окружающими ее монументальными зданиями и палисандровыми деревьями.

На второй пешеходной улице, Лаваже, расположены главные кинотеатры города.

Жители Буэнос-Айреса также могут гордиться самой длинной улицей в мире: ул. Ривадавия протянулась почти на 46 километров. Кроме того, в столице действует старейший в Латинской Америке метрополитен.

Здесь же любители классической музыки смогут побывать в самом известном на континенте оперном театре «Колон». Архитектор Франсиско Тамбурини стремился к тому, чтобы его детище затмило все остальные сцены мира. Говорят, что по своей акустике «Колон» уступает только миланской и нью-йоркской операм. На его сцене выступали многие звезды мировой величины, среди которых были и наши соотечественники – Анна Павлова и Федор Шаляпин. А всего в городе насчитывается более 40 театров.

Площадь перед Президентским дворцом носит название Пласа-дель-Мажо и является свидетелем всех важнейших исторических событий страны. Сам дворец называют Каса росада – «розовым домом»; на карауле возле него стоят почетные гвардейцы, которые сменяются каждые два часа. В сознании горожан это здание неразрывно связано с именем жены одного из бывших президентов, знаменитой Эвы Перон (Эвиты). Память об этой женщине уже больше полувека говорит о всеобщем обожании. Но в Буэнос-Айресе до сих пор не было музея Эвиты, и лишь недавно встал вопрос о его создании. Поэтому основным местом паломничества ее почитателей по-прежнему остается могила мадам Перон на старом аристократическом кладбище Реколетта. Правда, обнаружить место ее захоронения не так-то просто: Эвиту похоронили под девичьей фамилией Дуарте… Реколетта хранит покой многих лучших людей страны, делавших ее историю: конкистадоров, военной знати, командоров, идальго. Странно, но, похоже, это единственное место в городе, сохранившее дух испанской колонизации. И весь этот самый старый и самый аристократический район со знаменитой церковью Эль-Пилар, выстроенной в колониальном стиле, и крупным коммерческим центром стал почти что святилищем одной женщины – Эвиты Перон.

Гвардейцев можно также увидеть и на углу улиц де Майо и центрального проспекта – средоточия офисных зданий и банков или на спуске с площади Сан-Мартин – у флагштока с государственным флагом Аргентины. В архитектурном аспекте интересно и здание Парламента. А неподалеку высится Кафедральный собор, где выставлен саркофаг с останками национального героя Аргентины генерала Хосе де Сан-Мартина. В этом районе расположились также лучшие особняки и отели города.

Своей неповторимостью отличается и жилой квартал Палермо Чико – место, где проживают многочисленные практикующие психотерапевты и парапсихологи. Именно по этой причине местные жители именуют этот район по-своему – «Вилла Фрейд». Прекрасные здания здесь тонут в зелени садов и парков. Здесь же находится ботанический сад, зоопарк и крупнейший Выставочный центр Латинской Америки.

Пласа-дель-Конгрессо считается нулевым километром для всех дорог Аргентины; здесь находится монументальный фонтан Лос Дос Конгрессос и место заседаний обеих палат Конгресса. А на Ла Мансана де лас Лусес сохранилось большое число исторических зданий, среди которых особой популярностью пользуются самые старые церкви Сан-Игнасио и Туннели, оставшиеся от колониальной эпохи.

Среди прочих кварталов Буэнос-Айреса элегантностью и спокойствием выделяется Бельграно. Неподалеку от него можно посмотреть на действующий экологический заповедник.

А в базилике, построенной к западу от города, сидит на троне сама святая покровительница Аргентины – Нуэстра Сеньора де Лухан.

Приезжие обязательно уделяют внимание Музею колониальной истории и Музею транспорта, посещают местные культурные и торговые центры.

В Сити в основном сосредоточена и ночная жизнь аргентинской столицы. В окрестностях площади Сан-Мартин много баров, среди которых особенно популярен Ирландский паб.

Конные состязания были основным спортивным зрелищем в Аргентине с момента ее колонизации. И сегодня в выходные дни или в дни национальных праздников огромные толпы людей собираются, чтобы понаблюдать за скачками и испытать удачу на тотализаторе. А другая традиционная конная игра местных жителей не встречается больше нигде в мире. Ее называют пато («утка»). Она заключается в том, что две группы всадников борются за чучело утки, на скаку перебрасывая его друг другу, будто баскетбольный мяч. Все отличие от обычаев первых поселенцев заключается в том, что они для этих целей использовали живую птицу… А вот петушиные бои сейчас сохранились только в сельской местности. Что же касается футбола, то в него здесь играют повсюду: на пустырях, улицах, крошечных самодельных площадках и огромных спортивных аренах, самой известной из которых является стадион «Монументаль». Его название говорит само за себя: здесь размещается 105 000 зрителей.

Здания, памятники, музеи, выставки, площади, фонтаны… К концу дня все сливается в яркую мозаику, наглядно демонстрируя, что пора отдохнуть от впечатлений. Побродив по городу, чувствуешь, что и сам не против выпить немного матэ. Но оказалось, что все не так просто: в кафе его не подают, поскольку торговать этим напитком считается дурным тоном. Просто любой даст тебе матэшницу (свою!), а иногда простой граненый стакан с металлической трубочкой, сыпанет в него горсть листьев и плеснет кипятку. И не возьмет денег. Брать плату за матэ не принято. Это ритуал сродни «трубке мира». Сидя за столиком открытого кафе и потихоньку потягивая горьковатый настой, неожиданно поймешь, что его действие сильнее кофе – как-то незаметно уходят сонливость, усталость, головная боль, желание закурить и заказать стаканчик чего-нибудь покрепче. А настроение непостижимым образом улучшается, и ты уже с интересом вновь наблюдаешь за настоящим танго – импровизацией уличных тангеро. Аргентинцы давно требуют признать этот танец национальным достоянием, хотя почти повсеместно, кроме Буэнос-Айреса, его постепенно вытесняют другие, современные мелодии. Но нам, европейцам, нет дела до того, что первое и самое красивое танго «Ла Мороча» было придумано вовсе не здесь. Да и то, что первые тексты были написаны на портовом арго – смеси из воровских словечек, позаимствованных из итальянского, португальского, баскского, каталонского, французского и голландского языков, что превращало танго не только в танец, но и в блатную песенку, – нам почти неинтересно. Главное – этот страстный полет-борьба под великолепную грустную мелодию, отточенность движений танцоров в сочетании с удивительным умением импровизировать, творить танец, делая его непохожим на все остальные танго. А еще – способность передать им грусть, страсть, тоску, ярость и любовь. И кажется, что сам Буэнос-Айрес каждый вечер украдкой наблюдает за выступлениями тангеро, увлекаясь, входя в азарт, сопоставляя… А потом, когда южноамериканская бархатная ночь разгонит по домам даже самых заядлых любителей вечерних прогулок и в большинстве зданий погаснут огни, город тихо вздохнет о прошлом и примется считать звезды, которые качает на своих волнах река Парана. Он будет вспоминать события прошедшего дня, с удовольствием вдыхать свежий ночной воздух, пытаться предугадать счет очередного футбольного матча местных команд и насвистывать мелодию в ритме танго.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.