20.2. Горбачев — наследник Берии

20.2. Горбачев — наследник Берии

С кого началось объединение двух Германий

Из воспоминаний Серго Берии:

«Когда М. С. Горбачев и его окружение объявили Перестройку, я решил, что они захотели осуществить программу моего отца».

Успех Берии, ускоривший его конец

Поражение во Второй Мировой в 1945-м раскололо Германию на части. В Западной, находившейся под контролем Америки, Англии и Франции, к сентябрю 1949 года сложилась ФРГ. В Восточной, освобожденной от фашизма Советским Союзом, как бы в ответ на западное решение 7 октября 49-го было объявлено об образовании ГДР. Все это произошло в нарушение решений Потсдамской конференции об устройстве Германии после войны.

Может показаться неправдоподобным, но одновременно с искусственно ускорявшимся процессом создания новых немецких государств шел бурный и естественный процесс объединения двух Германий. Даже после катастрофы фашизма многие восточные немцы отказывались принимать социализм. Тем не менее тогда верх взял первый процесс. И все же недовольство чрезмерно навязываемыми сверху советскими порядками стало таким, что весной 1953 года, т. е. почти сразу после смерти Сталина, руководству СССР пришлось принимать самые решительные меры, вплоть до подавления восставших танками. Подавление поручили Берии — тогдашнему министру объединенного Министерства внутренних дел и госбезопасности. Однако даже успешное завершение этой операции не спасло Берию от «соратников» — 26 июня 1953 года Берия был арестован…

То, что вы здесь узнаете, рассказывается не для того, чтобы показать политическую прозорливость Берии и тем самым отмыть его окровавленные многочисленными невинными жертвами руки, а для того, чтобы представить, как тогда было на самом деле.

Берия и объединение двух Германий

Горбачев сделал то, что собирался сделать Берия… Точнее: совершил своеобразный аншлюс, т. е. пошел на присоединение ГДР к ФРГ в пользу Западной Германии. Он пошел на объединение двух Германий на капиталистической основе. Однако еще весной 1953-го Берия настаивал сделать то же самое. «До сих пор, — говорил он, — мы вели линию на объединение Германии только на словах. Ведь мы в Восточной Германии строили социализм, насаждали колхозы. Как же мы могли создать объединенную Германию из капиталистической Западной Германии и социалистической Восточной? Нужно делать Германию буржуазно-демократической республикой. Не нужно строить социализм в ГДР, не нужно насаждать колхозы, от которых крестьяне бегут на Запад…»

Я отказывался верить глазам, когда в мои руки попало это откровение Берии, хотя что-то такое мне уже доводилось слышать от неофициального секретаря и помощника Молотова Феликса Чуева, который воспоминания своего политического кумира, бывшего министра иностранных дел, передавал так: «Мы в своем МИДовском проекте записали: «не проводить форсированную политику строительства социализма в ГДР». А Берия предложил выбросить слово «форсированную». Мы-то предлагали не форсировать, а он предложил слово «форсированную» вычеркнуть, и тогда получалось: «Не проводить политику строительства социализма в ГДР». — «Почему так?» А он отвечает: «Потому что нам нужна только мирная Германия, а будет там социализм, не будет, нам все равно».

Казалось бы, имея такое подтверждение почти от самого Молотова, можно вполне доверять сказанному. Однако, проверяя другие воспоминания, я убеждался, что память (а может быть — желание сохранить секретность?) порою изменяла даже очень известным своей точностью людям. Поэтому достоверность рассказанного Молотовым Чуеву решил проверить и на этот раз. И вот после множества мытарств на Старой площади передо мною наконец-то оказались оригиналы речей Маленкова и Молотова, а также выступление замминистра среднего машиностроения СССР Авраамия Завенягина на пленуме ЦК в июле 1953 года. Напомню, это был специальный пленум, посвященный аресту Берии. Оригиналы речей подтверждают, что память знаменитого 96-летнего старца не подвела!

Председатель Совета Министров СССР Маленков о Берии

В правительстве обсуждался германский вопрос. Речь шла о серьезном неблагополучии в положении ГДР. Мы все пришли к заключению, что в результате неправильной политики в ГДР наделано много ошибок, среди немецкого населения имеет место огромное недовольство, что особенно ярко выразилось в том, что население из Восточной Германии стало бежать в Западную Германию. За последний период, примерно за 2 года, в Западную Германию убежало около 500 тысяч человек.

Мы объяснили нашим немецким друзьям, и они вполне согласились с этим, что нельзя в современных международных условиях проводить курс на форсированное строительство социализма в ГДР.

Почему мы пришли к такому выводу и считаем, что не следует в настоящее время проводить курс на форсированное строительство социализма в ГДР?

Анализ внутреннего политического и экономического положения в ГДР, факты массового бегства населения Восточной Германии в Западную (около 500 тысяч уже убежало!) со всей очевидностью показывают, что мы имеем налицо опасность внутренней катастрофы. Мы обязаны были трезво смотреть в глаза истине и признать, что без наличия советских войск существующий режим в ГДР непрочен. Политическое и экономическое положение в ГДР в настоящее время крайне неблагополучно.

Мы считали, что самая неотложная задача состоит в том, чтобы наши немецкие друзья быстро и решительно осуществили меры по оздоровлению политической и экономической обстановки в ГДР. События в ГДР показали правильность этих мер. Мы даже запоздали с их осуществлением, чем враг, как вы знаете, воспользовался. Следовательно, мы считали и считаем вместе с немецкими друзьями, что надо поправить курс на форсированное строительство социализма.

Надо сказать, что Берия при обсуждении германского вопроса предлагал не поправить курс на форсированное строительство социализма, а отказаться от всякого курса на социализм в ГДР и держать курс на буржуазную Германию. В свете всего, что узнали теперь о Берия, мы должны по-новому оценить эту его точку зрения. Ясно, что этот факт характеризует его как буржуазного перерожденца…

Замминистра атомной промышленности СССР Завенягин о Берии

Рядовым работникам было непонятно, как можно пойти на объединение Западной Германии с Восточной Германией. Это означало отдать 18 миллионов населения и Германскую Демократическую республику в лапы буржуазных заправил. Это совершенно очевидно. Нельзя было вопрос о Германии решать таким путем. Кроме того, есть еще и специальные соображения, которые нельзя не учитывать. В ГДР добывается много урана. Может быть, не меньше, чем имеют в своем распоряжении американцы. Это обстоятельство было известно Берия, и он должен был сказать об этом Центральному Комитету, чтобы эти соображения учесть…

Министр иностранных дел СССР Молотов о Берии

Для большинства из нас истинная политическая физиономия Берия определилась тогда, когда в мае месяце мы приступили к обсуждению германского вопроса.

Ряд фактов, ставших нам известными в последнее время, сделали совершенно очевидным, что в Германской Демократической Республике создалось неблагополучное политическое и экономическое положение, что среди широких слоев населения ГДР существует серьезное недовольство. Это, между прочим, нашло свое выражение в том, что за период с января 1951 года по апрель 1953 года из ГДР перешло в Западную Германию 450 тыс. человек. Было установлено, что особенно увеличился переход населения в Западную Германию в первые месяцы этого года. Среди бежавших было немало рабочих, и в том числе несколько тысяч членов СЕПГ и Союза Свободной немецкой молодежи. Ясно, что это было показателем больших недостатков в работе наших друзей в Восточной Германии. Такое положение могло быть выгодным только правительству Аденауэра, западногерманской буржуазии, иностранным империалистическим кругам.

При рассмотрении дела бросилось в глаза, что в Германской Демократической Республике был взят чрезмерно быстрый курс на индустриализацию и что здесь проводилось не соответствующее возможностям крупное новое строительство. Все это проводилось в условиях, когда Восточная Германия, кроме того, должна была нести значительные оккупационные расходы и платить репарации, не говоря уже о необходимости проведения больших восстановительных работ после окончания войны. Между тем, нельзя забывать, что Восточная Германия находится в особо сложных условиях, когда, используя положение оккупирующих держав в Берлине, власти США, Англии и Франции, а также власти Западной Германии, имеют возможность предпринимать немало таких шагов, которые дезорганизующим образом влияют на политическое и экономическое положение в ГДР. Нельзя забывать и о том, что Германия продолжает оставаться расколотой на две части и что следы гитлеровского влияния еще далеко не изжиты во всей Германии. В этих условиях мы считали своей обязанностью принять срочные меры к тому, чтобы помочь нашим немецким друзьям поскорее поправить явно левацкий курс, который был взят в ГДР, особенно начиная с лета 1952 года. Мы так и сделали.

При обсуждении германского вопроса в Президиуме Совета Министров вскрылось, однако, что Берия стоит на совершенно чуждых нашей партии позициях. Он заговорил тогда о том, что нечего заниматься строительством социализма в Восточной Германии, что достаточно и того, чтобы Западная и Восточная Германия объединились, как буржуазное миролюбивое государство.

Эти речи Берия не могли пройти мимо нашего внимания. Никто из нас не мог забыть о том, что за развязывание первой мировой войны на Германии лежит весьма большая ответственность, что тем большая ответственность лежит на буржуазной Германии за развязывание второй мировой войны. Для нас, как марксистов, было и остается ясным, что при существующем положении, то есть в условиях нынешней империалистической эпохи, исходить из перспективы, будто буржуазная Германия может стать миролюбивым или нейтральным в отношении СССР государством, — является не только иллюзией, но и означает фактический переход на позиции, чуждые коммунизму. Возникал вопрос, что, может быть, слова Берия о «миролюбивой» буржуазной Германии являются случайным полемическим увлечением, что, может быть, это было наговорено сгоряча. Скоро, однако, выяснилось, что это совсем не так.

Во внесенном Берия проекте постановления Президиума Совета Министров по этому вопросу было предложено — признать «ошибочным в нынешних условиях курс на строительство социализма, проводимый в Германской Демократической Республике». В связи с этим предлагалось «отказаться в настоящее время от курса на строительство социализма в ГДР». Этого мы, конечно, не могли принять. На мое возражение по этому поводу Берия пытался ответить, что ведь он предлагает отказаться от курса на строительство социализма в ГДР только «в настоящее время», а не вообще. Однако, эта уловка ему также не помогла.

В проекте постановления мною было предложено в обоих указанных выше случаях внести поправки: вместо слов об ошибочности «курса на строительство социализма» сказать об ошибочности «курса на ускоренное строительство социализма». С этим все согласились. Так это и было записано в постановлении Президиума Совета Министров 27 мая, вопреки первоначальному предложению Берия.

Из сказанного видно, что выступления Берия на предыдущих заседаниях Президиума Совета Министров по германскому вопросу были не случайными. Он уже тогда настолько зашел далеко, что открыто предлагал отказаться от курса на строительство социализма в Восточной Германии и всячески добивался нашего согласия на то, чтобы наша партия отказалась от своей основной линии в отношении Германии. Он разглагольствовал о том, что для Советского Союза было бы достаточно, если бы Германия воссоединилась как единое государство — на буржуазных началах, будто современная буржуазная Германия не может не быть связанной тесными узами с другими империалистическими государствами и будто бы в нынешних условиях может существовать буржуазная Германия, которая не являлась бы, вместе с тем, агрессивной, империалистической Германией. Стало ясно обнаруживаться, что Берия стоит не на коммунистических позициях. При таком положении мы почувствовали, что в лице Берия мы имеем человека, который не имеет ничего общего с нашей партией, что это человек буржуазного лагеря, что это — враг Советского Союза.

Капитулянтский смысл предложений Берия по германскому вопросу очевиден. Фактически он требовал капитуляции перед, так называемыми, «западными» буржуазными государствами. Он настаивал на том, чтобы мы отказались от курса на укрепление народно-демократического строя в ГДР, ведущего к социализму. Он настаивал и на том, чтобы развязать руки германскому империализму не только в Западной Германии, но и в Восточной Германии. Это значило — отказаться от того, что было завоевано кровью наших солдат, кровью нашего народа в тяжелой борьбе с гитлеризмом, ибо для нас должно быть ясным, что существование Германской Демократической Республики, укрепляющей народно-демократический строй и постепенно осуществляющей курс на строительство социализма — это серьезный удар не только по германскому империализму, но и по всей империалистической системе в Европе. При правильном политическом курсе Германская Демократическая Республика будет становиться все более надежным другом Советского Союза и превратится в серьезнейшую помеху осуществлению империалистических планов в Европе.

Вы видите, как в политическом облике Берия стало раскрываться то, что до этого он всячески прятал. Стало, вместе с тем, обнаруживаться, что раньше мы плохо приглядывались к этому человеку. Нам стало ясно, что это — чужой человек, что это — человек из антисоветского лагеря.

(ГОЛОСА: Правильно!)

Разоблачить Берия было не так просто. Он искусно маскировался и в течение ряда лет, — притаившись, скрывая свое истинное лицо, — сидел в руководящем центре. Однако, последние три с половиной месяца сделали для нас многое более ясным. Этому помогло и то, что Берия за это время явно распоясался и проявил непомерную самонадеянность. В результате всего этого он был разоблачен, арестован и посажен в тюрьму. Я полагаю — следует одобрить это решение Президиума ЦК. (Бурные аплодисменты).

(ГОЛОСА: Правильно!)

В течение ряда лет мы, члены Президиума ЦК, близко стояли к Берия, часто имели с ним дело. Но только теперь нам стало ясно, насколько он — чужой нам человек и насколько это грязный, аморальный тип. Теперь ясно, что он причинил немало вреда нашей партии и Советскому государству, что это — большой преступник и опасный авантюрист.

Не может быть сомнения в том, что он пробирался или, лучше сказать, прокрадывался к захвату высшего поста в государстве. Он строил планы использования МВД, думая расчистить себе путь, чтобы стать над Правительством и партией. Но он оказался слишком недалеким человеком, и грубо просчитался.

По своей политической близорукости, он слишком полагался на некоторых своих ставленников в аппарате МВД. Как теперь выяснилось, он подслушивал каждого из нас. Следил за каждым нашим шагом. Он уже делал открытые попытки сломать линию партии и, вместе с тем, начал подставлять ножку неугодным ему лицам, с которыми хотел расправиться поскорее. Для чего это ему было нужно? Разве это требовалось ему, если бы он так же, как и мы, держал курс на победу коммунизма? Конечно, нет! Кто хочет идти по пути строительства коммунизма в нашей стране, тот не найдет для этого лучших товарищей, чем те, которые входят в состав нашего ЦК и его руководящего ядра. А он пошел против линии ЦК, против руководящего ядра. Совершенно очевидно, что он затаил план, направленный против строительства коммунизма в нашей стране. У него был другой курс — курс на капитализм. Ничего другого, кроме возврата к капитализму, не имел этот капитулянт — предатель так же, как и другие капитулянты-предатели, с которыми партия покончила раньше…

P.S. Берия действительно хотел этого. И это действительно сделал за него Горбачев. Воистину: никогда не верьте тому, что кто-то говорит, но всегда исходите из того, что он делает!!!