§ III. Первый год работы в Гиссарлыке: 1871

§ III. Первый год работы в Гиссарлыке: 1871

Чтобы произвести более обширные раскопки, мне нужен был фирман от Блистательной Порты, который я получил только в сентябре 1871 года благодаря любезному содействию моих друзей, дипломатического представителя США в Константинополе, г-на Уэйна Маквея, и покойного драгомана посольства США, г-на Джона П. Брауна.

Наконец, 27 сентября я отправился к Дарданеллам вместе со своей женой, Софией Шлиман, которая является уроженкой Афин и горячей почитательницей Гомера и которая с жизнерадостным энтузиазмом присоединилась ко мне в осуществлении той великой задачи, которую примерно полвека назад я в своей детской простоте обещал осуществить своему отцу и которую планировал вместе с Минной. Однако на нашем пути вставали постоянные помехи со стороны турецких властей, и лишь 11 октября мы наконец смогли фактически начать нашу работу. Поскольку у нас не было никакого другого крова, нам пришлось поселиться в соседней турецкой деревне Чиблак, в миле с четвертью от Гиссарлыка. Проработав в среднем с восемьюдесятью рабочими в день до 24 ноября, мы были вынуждены прекратить раскопки на зиму. Однако за это время мы смогли выкопать большую траншею на поверхности крутого северного склона и углубиться на 33 фута под поверхность холма.

Сначала мы обнаружили здесь остатки позднего эолийского Илиона, которые, в среднем, достигали глубины 6 ¹/ ₂фута. К несчастью, нам пришлось разрушить фундамент здания длиной 59 футов и шириной 43 из больших обработанных камней, судя по надписям, найденным в здании или близ него (они будут приведены в главе о греческом Илионе), очевидно, представляло собой булевтерий, или Дом Сената. Под этими эллинскими руинами на глубине около 13 футов руины состояли из нескольких камней и кое-какой очень грубо сработанной вручную керамики. Под этим слоем я нашел большое количество стен домов из необработанных камней, сцементированных землей, и в первый раз обнаружил огромное количество каменных орудий и жерновов, а также еще больше грубой керамики ручной работы. На глубине примерно от 20 до 30 футов мы не обнаружили ничего, кроме обугленных руин, огромные массы высушенных на солнце или слегка обожженных кирпичей и стен домов из них, много жерновов, но меньше каменных орудий других видов и керамику, сделанную вручную, но гораздо более качественно. На глубине 30 футов и 33 фута мы нашли фрагменты стен домов из больших камней; многие из них были грубо обтесаны; мы также нашли большое количество огромных блоков. Эти камни из стен домов выглядели так, как будто их отделило друг от друга страшное землетрясение. Мои рабочие инструменты для раскопок были весьма несовершенны; мне приходилось работать с одними мотыгами, деревянными лопатами, корзинами и восемью тачками.