ИХ ЧИСЛО — ТРИНАДЦАТЬ

ИХ ЧИСЛО — ТРИНАДЦАТЬ

Нашей контрразведкой достоверно установлено, что наиболее активно вышеуказанные планы стали реализовываться после смерти Генерального секретаря ЦК КПСС КХАндропова. Буквально через несколько дней после получения этого известия Кейси отправился в секретную поездку по тринадцати странам. Во время этого «путешествия» он намеревался предпринять конкретные шаги по усилению стратегического наступления на СССР, которое уже и так шло полным ходом. А стержнем этой поездки по тринадцати странам, ее главной задачей Кейси считал подготовку одной из самых тайных операций ЦРУ — перенесение афганского конфликта на территорию СССР.

Весьма характерен был маршрут кругосветного путешествия, предпринятого директором ЦРУ. Первую остановку Кейси сделал на Гонолулу. Второй остановкой стал Токио, откуда он отправился в Пекин. Затем Кейси побывал в Исламабаде. Президент Пакистана Зия Ульхак принял директора ЦРУ в узком кругу, но на встрече присутствовал и начальник афганского отдела ISI Мохаммад Юсеф, который впоследствие разгласил детали того рандеву. По его словам, директор ЦРУ подошел к карте и сказал примерно следующее:

— Опасностью для Советов является этническая напряженность. И в конце концов многоэтнические народы бросят свой вызов… Северный Афганистан — это трамплин для наступления на советскую Среднюю Азию. Мы должны переправлять туда литературу, дабы посеять раздоры. А потом мы должны послать туда оружие, чтобы подтолкнуть локальные восстания.

Юсеф вспоминает, что после этих слов Кейси воцарилась полная тишина. Всех застала врасплох категоричность и деловитость Кейси, он говорил о фактическом вторжении моджахедов на территорию СССР как о деле решенном, как о планах, ожидающих своей реализации. Однако Пакистан не был готов к такому развитию событий. Как главный опекун моджахедов, Исламабад мог стать в этом случае мишенью для ответного удара со стороны СССР, и эта озабоченность была немедленно выска- зана директору ЦРУ. Но Кейси от нее отмахнулся и стал успокаивать пакистанскую верхушку, ссылаясь на уже имевшийся подрывной опыт. По его словам, 24 января 1984 года моджахеды, действовавшие с секретной базы в Иране, перешли в Туркмению, заминировали там дороги, атаковали заранее намеченные цели, убили несколько человек и захватили оружие. Для проведения этой операции американская сторона снабдила моджахедов ценными фотоснимками, сделанными со спутников, что способствовало успеху рейда на советскую территорию. В добавление к этому впечатляющему рассказу Кейси заверил пакистанцев в следующем:

— Америка защитит союзников. Советы уже не опасны, они не могут воевать на несколько фронтов…

Заканчивая этот рассказ о сверхсекретной беседе Кейси с лидерами Пакистана в Исламабаде, Юсеф не смог удержаться от эмоций и заметил: «Удивляло, что Кейси даже не пытался скрыть своей глубокой ненависти к коммунизму и СССР, в частности…»

Под нажимом директора ЦРУ Пакистан согласился с планами атаки на цели, расположенные на территории Советского Союза. После этого Кейси направился в Саудовскую Аравию, где провел аналогичную тайную встречу с королем Фахдом и шейхом Турки. Он передал лидерам Саудовской Аравии новейшие данные американской разведки об афганском конфликте, а также ознакомил их с соглашением, достигнутым в Исламабаде, — о переносе боевых действий на территорию СССР, в советскую Среднюю Азию. Фахд в принципе дал согласие содействовать этим планам, но потребовал предоставить еще более подробные разведданные.

Из Саудовской Аравии Кейси отправился в Израиль, Турцию, а затем в Западную Европу…

Нет ни малейших сомнений в том, что одобренная президентом Рейганом и проводившаяся в жизнь директором ЦРУ Кейси политика, направленная на перенесение боевых действий непосредственно на территорию нашей страны, была ничем иным, как грубым и прямым вмешательством во внутренние дела СССР.

Необъявленная война велась и против Ограниченного контингента советских войск. Ее организовала и финансировала вооруженная коалиция иностранных государств, среди которых Збигнев Бжезинский особо выделяет Пакистан, по его словам, «игравший смелую и решающую роль в этих условиях». Она прикрывалась и сопровождалась хорошо отрежиссированными систематическими акциями «холодной войны». ЦРУ действовало крайне цинично, не брезгуя ничем. В отношении СССР были введены экономические санкции США. Был объявлен бойкот Олимпиа-ды-80, проходившей в Москве. Одно за другим следовали международные «слушания» и «конференции» вокруг Афганистана, организуемые агентурой американской разведки.

В конце 1982 года, к примеру, шумно готовилась провокация в связи с распространяемыми ЦРУ слухами о «советском химическом оружии в Афганистане». Президент США Рейган принял в Белом доме главарей афганских банд и заявил, что эта встреча — большая честь для него. После этого бандиты начали с особой активностью «свидетельствовать», что Советский Союз применяет в Афганистане химическое оружие.

Известны случаи, когда моджахеды вместе с зарубежными советниками, переодетые в форму советских военнослужащих, грабили духанщиков, горожан, убивали жителей. Все это снималось на пленку, а затем преподносилось в средствах массовой информации Запада как «деяния» советских и афганских военнослужащих. С правовой да и чисто человеческой точек зрения невозможно квалифицировать иначе, как варварские, и действия специалистов «холодной войны», разбрасывавших в местах детских игр взрывающиеся игрушки, в результате чего в Афганистане сейчас растет целое поколение детей-инвалидов.

Еще раз хочу повторить, что воины Ограниченного контингента вооруженных сил СССР пришли в Афганистан не для того, чтобы «оккупировать или завоевывать» эту страну, как в свое время делали англичане. Речь совсем о другом. Афганистан стал именно тем регионом, где, так сказать, в «ближнем» бою вошли в соприкосновение две крупнейшие геополитические силы — с одной стороны СССР, а с другой стороны реакционная военная коалиция, созданная США с целью окончательно утвердиться на азиатских южных рубежах нашего Отечества. И афганский узел нельзя рассматривать изолированно от общих задач, стоявших перед США, — это был очередной, хотя и чрезвычайно важный, этап установления нового мирового порядка. То была первая «горячая» проба сил — правда, чужими руками, однако при огромной пропагандистской и материальной поддержке американской дипломатии и спецслужб. Афганистан стал как бы полигоном, на котором в боевом соприкосновении проверялись результаты, достигнутые в ходе «холодной войны».

Члены английского парламента Аллан Борете, Роберт Лизерленд и Рональд Браун посетили Афганистан в начале 1981 года. На конференции лейбористской партии в Брайтоне в октябре того же года А.Робертс сказал, что был шокирован, увидев, до чего может дойти английская печать в своем отношении к людям, которые публично и правдиво говорят о международных вопросах. «Побывав в Кабуле, Джелалабаде, в кишлаках и на базарах, — заявили парламентарии, — мы убедились, что реальное положение в этой стране не идет ни в какое сравнение с тем, как оно изображается на страницах западной прессы, в передачах радио и телевидения».

Такие суждения иностранцев, как правило, замалчиваются западной прессой. Не комментируются они и нашими отечественными средствами массовой информации.

Афганистан стал катализатором неуправляемых процессов, приведших в конечном итоге к распаду СССР, к возникновению на его территории межнациональных вооруженных конфликтов и «горячих точек». С горечью можно сегодня говорить, что долговременный замысел западных политиков и спецслужб по захвату «южного подбрюшья» России увенчался успехом. Но произошло это вовсе не по вине армии, честно выполнявшей свой долг, а в результате легкомыслия и, возможно, даже попустительства со стороны некоторых лидеров СССР и России. Я не сомневаюсь, что ответ на вопрос, что же это все-таки было — некомпетентность или намеренное пренебрежение стратегическими интересами России — рано или поздно станет известен…