СТРАНА ЕГОРА КОВАЛЕВСКОГО

СТРАНА ЕГОРА КОВАЛЕВСКОГО

Это было в 1848 году.

«…Попутный ветер нес быстро нашу маленькую флотилию по волнам Голубого Нила, на которых в первый раз развевался русский флаг» — так писал в своей книге «Путешествие во Внутреннюю Африку» Егор Петрович Ковалевский (1811–1868).

Русский геолог был приглашен египетским правителем Мегмет-Али, албанцем по происхождению, для поисков полезных ископаемых во вновь присоединенных к Египту областях Африки. Ковалевский писал, что завоеватель Аравии, Сирии, Сенаара и Кордофана проводил время в беседах с русскими гостями, расспрашивал их о жизни России и ее северных областей.

Вместе с Ковалевским в Египет прибыли сибирские и уральские штейгеры и рудокопы.

Подготовляя свою экспедицию в Африку, Ковалевский обучал на Урале двух молодых прикомандированных к нему египтян искусству поисков и добычи золота. Один из этих учеников, по имени Али, и сопровождал Ковалевского в его маршрутах по Африке.

В Нубии Егор Ковалевский совершил восхождение на Ливийские горы, а затем углубился в Большую Нубийскую пустыню.

Русские геологи прибыли в Хартум — столицу Сенаара и всего Восточного Судана. Здесь Егор Ковалевский занялся изучением истории Сенаара. Сенаар — область с городом того же названия — занимала водораздельное пространство между Белым и Голубым Нилом до их слияния у Хартума, образуя огромный треугольник. Этот треугольник Ковалевский назвал «Сенаарским полуостровом». Луга с травами в рост человека, роскошные степи, девственные леса — таков был Сенаар.

Ковалевский первым из европейцев подробно исследовал все междуречье и, между прочим, поправил известного французского путешественника Ф. Калльо, неверно определившего положение города Сенаара. В сенаарских лесах русский исследователь открыл новый вид пальмы — дулеб. Путешественник с самого начала похода занимался сбором семян и корней полезных растений.

Оставив Голубой Нил, русский отряд направился к притоку этой реки — Тумату.

На берегах Тумата до Ковалевского не бывало ни одного египтянина, не говоря уже о европейцах. Для всего образованного мира область Верхнего Нила была известна лишь по картам космографов древнего мира — Птолемея (II век н. э.) и ал-Идриси (1154 год), но карты эти, разумеется, никак не соответствовали нуждам географии XIX века. Ковалевский открыл эту область для европейской науки.

«…Мы проникаем далее других внутрь Африки», — с полным нравом писал Егор Ковалевский о своей экспедиции.

Тумат оказался настоящим золотым дном. Бассейн реки по своему геологическому строению и условиям залегания золотосодержащих пород напоминал Пышму и Миасс на Урале. Русские геологи безошибочно находили золото в зеленокаменных породах, в логах на левых притоках африканской реки. Уральский опыт, примененный в далекой Африке, увенчался полным успехом. Екатеринбургский штейгер вскоре открыл месторождение, содержавшее 25 пудов золота. В самом сердце Африки была построена по образцу уральских и алтайских предприятий обогатительная фабрика для добычи золота.

В верховьях Тумата Егор Ковалевский открыл месторождение магнитного железняка и охристых глин.

Нашему путешественнику было необходимо осмотреть истоки Гумата. Ковалевский двинулся вдоль берега реки пешком, сквозь густые заросли лавров и лимонных деревьев. Зачастую русским в этом походе приходилось питаться одними лишь плодами баобаба.

Так уральские рудокопы дошли до страны негров галла — отличных мастеров железа, которых европейцы, не удосужившись изучить, заочно объявили людоедами.

Вскоре путешественники увидели, что Тумат разделяется на две реки — Дегези и собственно Тумат. По главному руслу Тумата Егор Ковалевский дошел до истоков этой реки.

«…Никто не проникал так далеко внутрь Африки с этой стороны», — записал он в своем дневнике.

К югу от истоков Тумата лежала новая неизведанная страна. С востока ее ограничивала вершина Фадаси, за которой вздымалось Абиссинское нагорье. У южной границы новой страны высились Лунные горы древних. Сколько легенд было сложено о Лунных горах, у подножия которых со времен Птолемея искали истоки Нила! Ковалевский, не соглашаясь с указаниями древних, считал, что истоки Нила надо искать не здесь. Впоследствии справедливость его предположений подтвердилась.

Лунные горы оказались главной горной системой Внутренней Африки. Открытый Ковалевским Туматский кряж был частью этих гор. Русские геологи пересекли его по всем направлениям. Здесь сосредоточивались золотоносные россыпи Внутренней Африки!

Новая страна к югу от Лунных гор была названа Ковалевским «Николаевской» (на современных картах ее уместнее бы назвать «Страной Егора Ковалевского»).

На карте русского исследователя появилась протекавшая по «Стране Николаевской» река Невка. «Это название, — писал Егор Ковалевский, — может служить указанием, до каких мест доходил европейский путешественник и к какой нации он принадлежит».

Берега Невки были крайним южным рубежом маршрутов Ковалевского по «Сенаарскому полуострову», земле негров галла и Николаевской стране. Он достиг края Абиссинского нагорья. Таких смелых путешествий в то время не совершал никто.

Но на этом не кончаются скитания и открытия русского геолога и уральских рудознатцев. В том же, 1848 году их видели между Голубым и Белым Нилом, в горах, среди зарослей черного дерева и диких бананов. Близ высокой горы Дуль Ковалевский посетил единственную в области Сенаара крепость, египетский гарнизон которой состоял из албанцев, татар и балканских славян. Беленые хаты стояли на земле Черного материка, и в них под небом Африки раздавались звуки славянских гуслей.

В просторах Малой Нубийской пустыни Егор Ковалевский открыл реку Абудом, левый приток Нила.

В сопровождении албанских конников и преданных проводников-негров ехал отряд русских исследователей в Александрию. Ковалевский вез мешки с высокопробным, золотом Тумата, научные коллекции и каменные орудия древних рудокопов Африки, добывавших золото для фараонов.

За время путешествия по Египту, Нубии, Судану, Абиссинии и Внутренней Африке, достигнув 8° северной широты, Ковалевский провел разносторонние научные исследования. Он определял широту и долготу различных местностей, вел метеорологические наблюдения, изучал состав воды и отложений Нила, собрал богатые данные по геологии Нильской дельты. Вскоре после возвращения из похода он написал труд «Нильский бассейн в геологическом отношении и золотосодержащие россыпи Внутренней Африки». И лишь много позднее — в 1872 году — вышла книга Ковалевского «Путешествие во Внутреннюю Африку». Написанная прекрасным русским языком, книга эта содержит много замечательных сведений о людях и природе неизвестных европейцам стран. Вся она проникнута сочувствием к чернокожим обитателям Африки.

«…Я защищал человека, у которого хотят отнять его человеческое достоинство», — заявлял русский «странствователь по суше и морям», как не раз называл себя Ковалевский. Его тревожила судьба 10 миллионов негров Внутренней Африки, которых печать Западной Европы ставила «на ступень, близкую к обезьянам». Он разоблачал сказки о человеческих жертвоприношениях и людоедстве среди негров. С благородным волнением Ковалевский писал, например, о том, как храбрые и независимые негры берта предпочитают смерть сдаче в плен и, следовательно, рабству у египтян и европейцев. Русский ученый бичевал лицемерие миссионеров-иезуитов и вскрывал связь религии с коммерцией в делах святых отцов на Черном материке.

В течение своей жизни Егор Ковалевский написал не одну книгу о своих походах — он знал мир от Адриатики до пустынь Центральной Азии, от Лунных гор до Северного Китая.

Это был передовой для своего времени человек. На его квартире в Петербурге собирались петрашевцы. Здесь же читалось знаменитое письмо Белинского к Гоголю. В доме Ковалевского бывали Чернышевский, Тургенев, Островский, Писемский. Знаменитый путешественник был одним из создателей Литературного фонда. Смерть Ковалевского была оплакана Федором Тютчевым:

…И не Руси одной по нем взгрустнется,

Он дорог был и там, в земле чужой,

И там, где кровь так безотрадно льется,

Почтут его признательной слезой…