Приложение 5

Приложение 5

Никакое произведение о жизни Клеопатры не может обойтись без хотя бы одного отрывка из самого поэтичного произведения Шекспира, полного огромного понимания женской психологии, – «Антония и Клеопатры». Наверное, никто не понял движения души и характер великой царицы так хорошо, как мужчина, рожденный через 1600 лет после ее смерти. Вот финальная сцена из его несравненной трагедии (в переводе М. Донского):

К л е о п а т р а.

Порфиру мне подай. Надень корону.

Бессмертие зовет меня к себе.

Итак, вовеки виноградный сок

Не смочит этих губ. Поторопись!

Я слышу, как зовет меня Антоний, —

Я вижу, он встает навстречу мне,

Поступок мой отважный одобряя.

Смеется он над Цезаревым счастьем;

Ведь счастье боги нам дают затем,

Чтобы низвергнуть после за гордыню.

Иду, супруг мой! Так назвать тебя

Я мужеством завоевала право.

Я воздух и огонь; освобождаюсь

От власти прочих, низменных стихий.

Готово все? Тогда прошу, примите

От губ моих последнее тепло.

Прощайте! Дорогая Хармиана!

Моя Ирада!

(Целует их. Ирада падает и умирает.)

Что это? Мертва!

Иль на моих губах змеиный яд?

И так легко ты распростилась с жизнью,

Что, верно, смерть – та сладостная боль,

Когда целует до крови любимый.

Безмолвно ты ушла, нам показав,

Что этот мир прощальных слов не стоит.

Х а р м и а н а.

О туча, ливнем разразись, чтоб я

Могла сказать, что сами боги плачут!

К л е о п а т р а.

О стыд! Ее Антоний встретит первой,

Расспросит обо всем и ей отдаст

Тот поцелуй, что мне дороже неба.

(Прикладывает змею к своей груди.)

Что ж, маленький убийца, перережь

Своими острыми зубами узел,

Который так запутала судьба.

Ну, разозлись, глупышка, и кусай.

Ах, если б ты владела даром слова,

Ты назвала бы Цезаря ослом:

Ведь мы с тобой его перехитрили!

Х а р м и а н а.

Звезда Востока!

К л е о п а т р а.

Тише, не шуми,

Не видишь, грудь мою сосет младенец.

Он усыпит кормилицу свою.

Яд сладок-сладок,

Он, как успокоительный бальзам,

Как нежный ветерок —

О, мой Антоний!

Иди и ты ко мне, вторая змейка.

(Прикладывает вторую змею к своей руке.)

Зачем мне жить…

(Умирает.)