От автора

От автора

Эта книга о лейтенантах Великой Отечественной войны, командирах стрелковых взводов. Их называли Ванька-взводный. О них говорили: «Больше роты не дадут, дальше фронта не пошлют…» Непросто писалась эта книга. Долгие годы «вылеживались» записи воспоминаний бывших взводных командиров. Многие десятилетия их окопная правда была не ко времени и не ко двору. Герои этой книги хлебнули окопного смрада, как говорят, по полной. Но они выжили. И рассказали о пережитом. Исключение составляет только младший лейтенант Олег Овсянников, чей дневник публикуется в главе «1943 год». Именно в 1943 году автор записей погиб под Жиздрой, ныне районным центром Калужской области.

Александр Васильевич Ткаченко прошел боевой путь от Кривого Рога до Вены. Несколько лет потом служил в Австрии. Затем полк отбыл на восток, в Казахстан. Служил во многих гарнизонах пехотным командиром. Сейчас живет в Тарусе.

С Константином Игнатьевичем Драгуном я познакомился в городе Вилейке Минской области Беларуси во время одной из творческих поездок в партизанские края. Константин Игнатьевич после войны так и остался в Белоруссии. Сейчас работает в Совете ветеранов. Часто встречается с молодежью.

Иван Алексеевич Таланов тоже после войны вернулся в те места, которые прополз на пузе в сорок втором в должности командира пехотного взвода. Долгие годы руководил одним из лучших совхозов Кировского района Калужской области. Был избран депутатом Верховного Совета СССР. Награжден орденом Трудового Красного Знамени.

Николай Петрович Назымок, уроженец Черниговской области, после войны переселился в Калугу, на родину своей жены. Работал на одном из оборонных заводов. Организовал в Калуге Клуб кавалеров ордена Александра Невского.

Некоторых из героев книги уже нет в живых. Но правда их жива, и она встает со страниц этой книги. Павел Федорович Боровиков, Иван Степанович Крутицын, которому довелось схватиться с врагом в первое же военное утро 1941 года…

Окопные офицеры. Они и внешне порой не отличались от солдат, своих подчиненных. Во-первых, от передовой линии траншей до вещевого склада, как правило, далековато. Во-вторых, солдатские сапоги и гимнастерка х/б, особенно летом, в окопе действительно удобнее. В-третьих, так было безопаснее. Немецкий снайпер чаще всего охотился именно за взводными командирами.

Они первыми поднимались в атаку во время наступления, последними покидали траншею во время отступления. На них начальство списывало все свои просчеты и результаты бездарно проведенных операций. На них высшие начальники срывали свою дурость. Они, в свою очередь, исправляли, как могли, ошибки генералов и их штабов.

Они, лейтенанты, зачастую оказывались самыми молодыми солдатами в списке взводов и рот. Их не баловали наградами. И если что не могли сделать бойцы, вперед ползли взводные лейтенанты. И эта книга и по теме своей, и по сути — лейтенантская. Она — о них. И им посвящена.

А я старался быть лишь добросовестным писарем при моих героях, взводных командирах.