Глава 3 МАКСИМ МАКСИМОВИЧ ЛИТВИНОВ. РЕВОЛЬВЕР ПОД ПОДУШКОЙ

Глава 3

МАКСИМ МАКСИМОВИЧ ЛИТВИНОВ. РЕВОЛЬВЕР ПОД ПОДУШКОЙ

— Автомобильная катастрофа, в которой погиб Литвинов, была не случайной, ее подстроил Сталин. — Эти слова произнес однажды в тиши своего кремлевского кабинета бывший член политбюро Анастас Иванович Микоян.

Услышал эти слова только один человек. Это были еще советские времена, напечатать такое сенсационное признание было невозможно, но старый соратник Сталина вдруг решил раскрыть одну из известных только ему тайн. Может быть, к неожиданной откровенности его расположил обаятельный собеседник, которого он давно знал?

Беседовал с Микояном Валентин Михайлович Бережков, известный журналист, который когда-то работал в секретариате наркома иностранных дел Вячеслава Михайловича Молотова и был переводчиком Сталина. Бережков изумился словам Микояна: официально бывший нарком иностранных дел Максим Максимович Литвинов умер в конце 1951 года от инфаркта.

— Анастас Иванович, я просто не в состоянии этому поверить, — сказал пораженный Бережков.

— Я хорошо знаю это место, неподалеку от дачи Литвинова, — невозмутимо продолжал Микоян. — Там крутой поворот, и, когда машина Литвинова повернула, поперек дороги стоял грузовик… Сталин был мастером на такие дела. Он вызывал к себе людей из госбезопасности, давал им задания лично, с глазу на глаз, и человек, от которого Сталин хотел избавиться, погибал.

У Сталина имелась причина расправиться с Литвиновым, продолжал Микоян свой рассказ. Когда Литвинов фактически уже был отстранен от дел, его на даче часто навещали высокопоставленные американцы, приезжавшие в Москву и не упускавшие случая по старой памяти посетить бывшего министра и посла в Соединенных Штатах.

Американцы жаловались, что советское правительство занимает неуступчивую позицию, что трудно иметь дело со Сталиным из-за его упорства. Литвинов сказал им, что не следует отчаиваться, что неуступчивость Москвы имеет пределы, и посоветовал: если американцы проявят достаточную твердость, то советские руководители пойдут на уступки. Эта, как и другие беседы, которые вел у себя на даче Литвинов, была подслушана и записана. О ней доложили Сталину, он показал запись и другим членам политбюро.

— Я тоже ее читал, — вспоминал Микоян. — Поведение Литвинова у нас вызвало возмущение. По существу, это было предательство. Сперва Сталин хотел судить и расстрелять Литвинова. Но решил, что процесс может вызвать международный скандал, и отложил это дело. Но не забыл о нем. Он вообще не забывал таких вещей. И приказал привести в исполнение свой приговор, но без лишнего шума, тихо. Так Литвинов погиб в автомобильной катастрофе…

Валентин Бережков записал слова Микояна и со временем предал их гласности в своей мемуарной книге «Как я стал переводчиком Сталина». Бережков считал, что нет оснований сомневаться в правдивости слов Микояна. Разговор происходил в 1972 году. Анастасу Ивановичу тогда исполнилось семьдесят семь лет. Он оставался членом Президиума Верховного Совета СССР, был бодр и подвижен, писал мемуары и на память не жаловался.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >